Словари Knowledge Base Эксперты Форум
 
      Войти
База комментариев

В п. 1.4 дана характеризация агентских издержек как суммы 1) расходов принципала на мониторинг; 2) связывающих расходов агента (менеджера); 3) остаточных потерь. В тексте сразу и прямо указано на то, что мониторинг и остаточные потери являются затратами принципала. Смысл этих понятий ясен с самого начала. Сложнее во многих отношениях обстоит дело с понятием связывающих расходов и связывающих издержек (bonding expenditure, bonding costs). Во-первых, хотя определение понятия дано немедленно после его первого упоминания, оно далее неоднократно, и не без противоречий уточняется. Во-вторых, имеется проблема с адекватным русским переводом термина (при этом в статье используются еще и термины «bonding» и «bonding activities»). В-третьих, сразу не ясно, что имеется в виду в конкретике, а это мешает выбрать подходящий русский термин. В-четвертых, требует разъяснения, на кого же эти затраты падают в конечном счете. Начнем с того, что в русской литературе при переводах цитат из статьи Дженсена и Меклинга уже сложилась практика использования терминов «залоговые издержки» для «bonding costs» и «залоговые гарантии» для «bonding» [Эггертссон, 2001]. С лингвистической точки зрения возможны три перевода термина «bonding costs»: «залоговые издержки», «страховые издержки», «связывающие издержки». Первые два перевода означают содержательно приблизительно одно и то же. Последний перевод наиболее близок тому, как слово «bonding» переводится в многочисленных комбинациях, означающих технические понятия, и этот перевод является наиболее широким и гибким в интерпретации. В законодательстве США о «bonding costs» говорят в той ситуации, когда заключающая контракт сторона требует страховку или залог на случай потерь от действий или дефолта контрактора. Налоговый кодекс позволяет списывать эти затраты с налогооблагаемой базы. Спектр применимости этого понятия варьирует от выполнения крупных государственных заказов компаниями до залога со стороны материально-ответственных лиц при найме на работу, что допускается трудовым законодательством. Таким образом, в конкретике «bonding costs» — это, действительно, залоговые издержки. Чем же являются «bonding costs» в теоретической статье Дженсена и Меклинга? В п. 1.4 авторы однозначно пишут, что «bonding costs» являются затратами агента (денежными или неденежными), которые должны гарантировать, что он не будет принимать действия, противоречащие интересам принципала. Это, на первый взгляд, говорит об адекватности перевода «залоговые издержки». Многие работники организации производят затраты своего времени и своих денег на поддержание соответствующего внешнего вида, на дополнительное образование по профилю деятельности фирмы и т. п. (хотя во многих случаях денежные затраты этого рода берет на себя организация). Статья Дженсена и Меклинга, однако, посвящена не изучению общей проблемы принципал-агент, где в качестве агента может рассматриваться каждый служащий компании, а месту топ-менеджера в решении этой проблемы. Задумаемся, знаем ли мы примеры корпораций, где генеральные директора оставляют какие-то суммы денег или активы в залог своего возможного оппортунистического поведения? Не знаем?! В каком-то смысле так может происходить, но залогом это можно назвать только в качестве образной гиперболы. Возможно, о залоге в кавычках думали те, кто предложил перевод «залоговые издержки». Например, забота менеджера о своей репутации является примером «bonding costs» — это, как правило, неденежные издержки менеджера. В п. 2.4 среди рассмотрения логики работы микроэкономической модели в подразделе «Анализ связывающих издержек» неожиданно дается уточнение понятия «bonding costs», которое теперь включает и издержки публичного аудита. Публичный аудит, однако, оплачивается фирмой как юридическим лицом и тем самым ложится на собственников. Однако можно трактовать существование аудита как ограничение устремлений менеджера, приводящего к его (а не фирмы) альтернативным издержкам, но о такой интерпретации в статье явно не говорится. Поскольку в других местах авторы относят аудит к издержкам мониторинга, то можно выдвинуть гипотезу, что авторы рассматривают аудит с двух сторон: как издержки мониторинга (контроля) принципала и как альтернативные издержки менеджера, являющиеся связывающими издержками. При этом авторы сразу же отмечают, что связывающие издержки не только мешают «воровать» менеджеру, но и ограничивают его возможности принести пользу фирме, что означает издержки фирмы (принципала), которые напрашивается отнести к остаточным потерям. Результаты аудита должны установить не столько соблюдение менеджером формальных процедур (мониторинг), сколько показать внешним инвесторам, что дела в компании идут хорошо. На это могут быть потрачены значительные ресурсы менеджера, причем часто с нанесением вреда фирме (оффшоры, внебалансовые счета, махинации с консолидацией отчетности; в России это называется «схемами»). Высокая плата аудитору может оказаться формой взятки. Хотя в юридическом смысле случай Enron еще далеко не завершен, но есть основания полагать, что мы имеем здесь дело с примером полного спектра таких издержек, которые полностью разорили компанию. Таким образом, мы видим, что в одном действии — аудите — мы находим все три вида агентских издержек, причем падают они в основном на принципала. Издержки менеджера в рамках фирмы сводятся к неденежным издержкам, связанным с проведением организационных мероприятий. Может быть, по аналогии с анализом издержек от банкротства, необходимо выделить издержки от раскрытия незаконных операций, приводящих к крупным штрафам и длительным срокам тюремного заключения. Авторы, однако, так далеко не идут. В п. 4.2 авторы опять возвращаются к тому, что они имеют в виду под «bonding costs» в связи с держателями облигаций, где указывается на то, что менеджеру стоит их подробнее информировать о делах фирмы и нанять внешнего независимого аудитора (опять затраты юридического лица). В сноске 48 в связи с этим же указывается также на издержки от включения в проспект эмиссии облигаций определенных ограничений на деятельность фирмы и менеджера. Это, тем не менее, опять издержки юридического лица, а тогда уменьшение богатства собственников. Если менеджеру дают пакет акций компании (Дженсен и Меклинг часто относят компенсационные выплаты к издержкам мониторинга, см. сноску 9, но они не уточняют их форму) или его пенсионные накопления хранятся в виде акций компании в пенсионном фонде компании, то это, по нашему мнению, пример «bonding costs». Кстати, здесь в будущем могут возникнуть и потери менеджера, но это не меняет того факта, что непосредственно расходы были осуществлены принципалом. Ясно, что эти затраты производит принципал в надежде создать стимул к увеличению ценности фирмы с помощью связывания части богатства агента с величиной собственного богатства (здесь опять в переносном смысле можно говорить о залоге). Отметим, что мы не согласны с интерпретацией термина «bonding costs» в Глоссарии монографии [Фуруботн, Рихтер, 2004, с. 610], где без всякого комментария просто цитируется первое по появлению из объяснений данного термина в статье Дженсена и Меклинга, игнорируя то, что далее авторы обращаются к этому вопросу еще дважды, восклицая каждый раз, что «это именно то, что мы имеем в виду под bonding costs». Мы видели, что в большинстве конкретных случаев залог в явном виде отсутствует. В то же время наблюдается ситуация, когда менеджер, иногда по инициативе принципала, а иногда и добровольно, накладывает на себя некоторые (связывающие) ограничения, т. е. ситуация аналогична переводу «связывающий», использующемуся во многих технических терминах с прилагательным «bonding». Представляется, что сказанное выше оправдывает наше изменение перевода термина «bonding costs» с «залоговые издержки» на «связывающие издержки». Мы находим поддержку нашей позиции также в статье самого Дженсена [Jensen, 1989], где под глаголом «to bond» однозначно имеется в виду связывание менеджмента (в поведенческом плане) при LBO высокой долей в будущем собственном капитале. При анализе затрат, связанных с аудитом, мы уже видели, как трудно разделить их на компоненты и выявить, кто их несет. Менеджер, как правило, осуществляет связывающие издержки лишь в техническом смысле, но за счет фирмы, т. е. в итоге — за счет принципала. В некоторых случаях он затрачивает свое время и талант, неся неденежные затраты, но конечный результат часто влечет уменьшение (иногда катастрофическое) богатства принципала. Приведенное обсуждение показывает, что к разделению на издержки мониторинга и связывающие издержки и отнесение связывающих издержек на счет менеджера надо относиться с определенной осторожностью, так как противоречия мы найдем уже в самой работе. Это, однако, не влияет на справедливость логики основных рассуждений.

Впервые классификацию агентских издержек предложили М. Дженсен и У. Меклинг [Jensen, Meckling, 1976, p. 310]. Они разделили агентские издержки на три составляющие. Первая составляющая — это издержки контроля со стороны принципала (monitoring costs): расходы на написание контрактов и контроль над их исполнением, усилия по надзору и оценке деятельности агента. Вторая составляющая — издержки самоограничения со стороны агента (bonding costs): расходы на гарантию того, что агент не предпримет определенных действий в ущерб принципалу, в противном случае — компенсирует нанесенные потери.

Частичное совпадение





Обратная связь

Если Вы не нашли какого-либо термина
или нашли какую-либо неточность в наших статьях,
оставьте нам сообщение.
Настройки
Всегда показывать толкование
Всегда показывать примеры
Всегда показывать тезаурус

(c) 2007-2009 Economicus, ABBYY, ВШМ СПбГУ